ЗАПИСКА ЕПИСКОПА ВЛАДИКАВКАЗСКОГО И МОЗДОКСКОГО ПРЕОСВЯЩЕННОГО ВЛАДИМИРА О ФОРМИРОВАНИИ КЛАССАФЕОДАЛОВ В ОСЕТИИ

    ЗАПИСКА ЕПИСКОПА ВЛАДИКАВКАЗСКОГО И МОЗДОКСКОГО ПРЕОСВЯЩЕННОГО ВЛАДИМИРА О ФОРМИРОВАНИИ КЛАССАФЕОДАЛОВ В ОСЕТИИ.*
    НАЧАЛО XX ВЕКА 

    Прошение епископа Владикавказского и Моздокского,
    Преосвященного Владимира Его превосходительству господину      
    начальнику Терской области
    По сословному вопросу в Осетии 

    ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА
    Пришествие русских войск в конце XVIII столетия было избавительным моментом в жизни единоверного Осетинского племени, стесненного могущественной Кабардою в суровых ущельях Центрального Кавказа. С основание Моздока в 1763 г. осетины поселились под защиту этого русского поселения; высокознаменательным в этом переселении было то, что первые осетины, принявшие покровительство русского правительства, вынесли с собой из гор чудотворную Моздокскую икону Божьей матери, древнее благословение их народов Грузинской царицы Тамары – святыни, глубоко почитаемой всем христианским населением Северного Кавказа. Моздокские осетины тогда же начали нести боевую службу в рядах русских войск, образовав особую команду под названием "Моздокских казачьих братьев", вошедшую в 1824 году в состав горского полка Терского казачьего войска. 
    С основанием Владикавказа в 1798** г. (Владикавказ основан в 1784 г.) осетины по вызову Правительства основали при крепости этой поселение, приняв на себя обязанности нести боевую службу: тогда же была выстроена для них первая в крае церковь. Видя такое стремление осетин стать под защиту России и ввиду важности занимаемого ими района на пути в Грузию, Правительство наше, исходя из высшей государственной пользы, желая себе создать прочную базу в центре Кавказа, начало систематически восстанавливать в Осетии православие. Так, Императрица Екатерина II-я в 1785* г.(Моздокская духовная комиссия была основана в 1745 г. Ее возглавил архимандрит Пахомий, а членами были духовные лица грузинского происхождения) учредила Моздокскую духовную комиссию, преобразованную Императором Александром I-м в 1821 году в Тифлисскую осетинскую духовную комиссию. Последняя вследствие продолжительности горской войны не могла действовать с надлежащей силой. Только будучи преобразована в 1859 г. кн. Барятинским в "Общество восстановления православного христианства на Кавказе"** (В 1860 г. было создано, а в 1863 г. начало свою деятельность указанное общество), оно своей многолетней деятельностью оказало великую услугу делу христианства в Осетии. В настоящее время на 150 тыс. северных осетин*** (В документе приводятся разноречевые цифры численности осетин) насчитывается 86 тыс. христиан. Нелегко досталась эта победа. Кроме внешних врагов мусульманской Кабарды, в Осетии с самого начала ее сближения с Россией образовалась партия внутренних врагов этого сближения и христианства. Такими лицами явились люди, которые впервые из осетин столкнулись с местными русскими властями, имевшие в те времена огромное значение; эти ловкие люди стали разыгрывать перед начальством ложную роль каких-то там влиятельных примирителей и посредников, проводников русской власти и цивилизации в быт осетин. Незаметно многие из них получили чины, ордена, на праве частной собственности участки земли, титулы с полуофициально признанными сословными привилегиями, о которых никогда не могли подозревать их отцы и деды, бедные горцы-осетины, еще недавно платившие дань кабардинцам.
    Не нужно забывать, что в России в то время существовало крепостное право и резкие сословные подразделения, под влиянием которых находились первые начальствующие лица Терской области. Неудивительно, что каждый влиятельный осетин обращался в какого-то феодального помещика, благодаря слишком большой доверчивости местного начальства и слишком малой критики центральных органов Правительства их распоряжений. Под влиянием такого положения вещей и появились разные титулы вроде владетели горские, князья, уздени, таубии, горские старшины, беки, ханы и т.д. С течением времени эти названия, фигурируя в официальной переписке между органами власти местного и высшего Правительства, приобретали мало по малу важное значение, ибо незаметно с именем связывалось представление об известных прерогативах, правах и привилегиях. Это самое случилось и в Осетии. 
    С присоединением Грузии, путь русских войск лежал через Дарьяльское ущелье, северный вход которого находился вблизи Владикавказа в руках осетин. Фамилии осетинские, населявшая это ущелье р. Терека и ближайшие к нему Синабанское, Даргавское и Кобанское – Дударовы, Тхостовы, Кундуховы, Алдатовы, Тугановы, Мамсуровы, Есеновы, Кануковы, Шанаевы и Джантиевы впервые вошли в сношения с властями и за вознаграждение приняли на себя охрану дороги. Члены этих фамилий первые из осетин начали получать медали, чины прапорщиков милиции, денежные награды и разные подарки от коменданта Владикавказской крепости, которые их величали тагаурскими старшинами, по имени родоначальника этих родственных между собой фамилий, осетина Тага.
    Воспользовавшись с самого начала этим преимуществом, главари этих фамилий начали препятствовать выдвигаться из народной среды другим лицам, в особенности из христианской партии, которая мало по малу во Владикавказском ауле зарекомендовала себя перед местными властями с хорошей стороны за несение верноподданнической боевой службы. Свой протест против того стремления осетин под защиту Русского Правительства и обращения их в православие представители этих магометанских фамилий выразили в 1830 г. открытым восстанием против русского правительства. Тогда же комендант Владикавказской крепости генерал-майор кн. Абхазов предпринял экспедицию в эти ущелья и силою оружия сломил врагов края и христианства в Осетии. 
    Перечислив все разбои и нападения, которые производили тагаурские старшины, он в прокламации своей признал главными виновниками восстания исключительно тагаурских старшин, причем объявил изменниками и государственными преступниками старшин Беслана Шенаева с шестью сыновьями, Бита Канукова, Базруко и Джонхота Мамсуровых, Хамурзд Тулатова с сыновьями, все имущество их было конфисковано, аул Кобан, принадлежавший Тулатовым и Кунуковым, а также аул Цми, принадлежавший Дударовым, были разрушены до основания, как приют абреков и разбойников. В этом памятном в жизни осетин событии кн. Абхазов и местное начальство поняли, что задача Правительства заключается в том, чтобы поддержать христиан-осетин, которые принимали деятельное участие при усмирении фамилий тагаурских старшин. С того времени все осетины, оказавшие те или иные услуги Правительству, начали величать себя старшинами, появилась масса старшин из всех ущелий. Так, были старшины – Алагирские, Нарские, Дигорские и др., смотря по месту названия аула или ущелья, откуда было родом лицо, удостоенное этого титула. 
    Под влиянием покровительства кн. Абхазова и последующих комендантов Владикавказской крепости, осетины начали массами выселяться в Владикавказскую плоскость, принадлежавшую ранее кабардинцам, образовали много селений, приняв на себя перед Правительством обязанности охраны пути сообщения из Северного Кавказа в Грузию, а также нести боевую службу. Пешие и конные части осетин стали принимать с того времени деятельное участие в продолжительной горской войне. Они были незаменимы в те времена, ибо за ними было знание местности, языка и выдающееся природное умение владеть конем и оружием, но главным образом, они были дороги, как воины христианские. Уже в 1810 г. поселения христиан-осетин Новоосетинское и Черноярское поступили добровольно в казачье сословие и прославились в полях сражения. 
    Награду и оценку своей службы Царю и Отечеству осетины получили в прекрасных словах рескрипта Императора Николая I еще в 1845 г. т.е. в самый разгар упорной борьбы с Шамилем. Эту дорогую грамоту мы приводим целиком здесь. 
    "Божею милостию мы, Николай Первый и Самодержец Всероссийский и прочая и прочая, нашим верноподданным осетинам Владикавказского Округа. Отлично усердное и ревностное служение, постоянная преданность Правительству и примерная храбрость, оказываемая осетинами Владикавказского Округа против враждебных горцев, обратили на себя особое наше благоволение, в ознаменование коего всемилостивейше жалуем им почетное знамя, которое препровождая при сем повелением хранить как знак монаршего нашего внимания и в случае надобности употреблять при исполнении против неприязненных Империи нашей народов. Пребываем Императорской Нашей Милостию к осетинам Владикавказского Округа благосклонны. С.-Петербург, 15 марта 1845 г. Подлинную подписал Николай I".
    Главную массу воинов давала христианская Осетия, ибо единоверие мусульман-осетин, руководимых вышеуказанными магометанскими фамилиями тагаурских старшин, мешало значительно последним нести боевую службу против мусульман Чечни и Дагестана. Неудивительно, что уже в 1845 г. из рядов осетин-христиан многие стали величаться местными властями титулом осетинский уздень* (В начале 1852 г. командующий войсками на Кавказе и Черномории Н. С. Завадовский принял решение о предоставлении званий узденей "не называя степени" 13 лицам из 7 фарсалагских фамилий, но реализация решения была приостановлена. В 1847 г. класс феодалов Тагаурии получил официальное название алдар), старшина, – что давало известные привилегии и права в глазах народа и Правительства, а это не могло не подорвать значение вышеупомянутых фамилий, носивших титул "тагаурский старшина". Руководители этой партии, пользуясь тем обстоятельством, что тогдашний начальник Кавказа князь Воронцов признал в соседней Грузии все бывшие сословия князей и дворян в звании русского дворянства, и вообще покровительственно относился ко всяким сословным притязаниям среди туземцев, подали ему просьбу о том, чтобы им присвоили особое звание – тагаурский алдар /по осетинскому князь/, так как, по их словам, местное начальство многих осетин стало прописывать и величать официально – осетинский старшина, а это якобы подорвало их значение. 
    Просьбы их, как не обязывающая ни к чему Правительство, была уважена и членам этих фамилий разрешено было кн. Воронцовым именоваться "алдарами" в отличие от остальных осетин. Конечно, все это делалось тайно, келейным образом и так как с этим не связывалось никаких особенных сословных привилегий, то со стороны осетин протеста в те времена и не было. Из собранных сведений официально в 1836 – 1844 гг. видно, что "у осетин не существует разделения народа на классы, все пользуются одинаковыми правами, что 11 фамилий, перечисленных выше, называли себя узденями, но никаких прав над народом не имели, и землей пользовались наравне с другими, звание алдар не носили, а назывались по родоначальнику "Тагаита". 
    Не удовольствовавшись титулом, представители этих фамилий начали домогаться особых прав на земли Владикавказской плоскости, на которых уже расселились осетины по указанию Правительства. По их домогательству кн. Воронцов в 1851 г. учредил в гор. Владикавказе особый поземельный комитет, под председательством барона Вревского. Комитет взял ошибочно за основание поземельного устройства мнимые сословные подразделения осетин, которых у них фактически никогда не существовало. Комитет предположил отвести каждому семейству тагаурских алдар /старшин/ как высшему, якобы, сословию по 225 десятин, а остальным осетинам по 40 дес. на двор. К счастью для осетин-христиан среди них к этому времени, благодаря службе и образованию, выделились несколько выдающихся лиц, которые поняв своевременно замыслы тагаурцев подали резкую жалобу на эти произвольные разделы земли, которыми Правительство наделило осетин за службу. Князь Барятинский в 1859 г. в видах успокоить осетин назначил новый поземельный комитет, который хотя и ничего не сделал для этого важного вопроса в жизни народа, но затормозил окончательное решение до более благоприятного времени. 
    Руководители тагаурцев в домогательствах на присвоение себе требовали: 1) особого титула "алдар" и 2) земель, отданных русским правительством осетинам во времена наместника кн. Воронцова. Им был первый по времени офицер из старшин, получивший образование в корпусе Мусса Кундухов, житель селения Саниба. 
    Этот ловкий человек во все время своего пребывания в крае являлся врагом христианства и своего народа и работал исключительно в интересах магометанства и своих родственников –– 11 фамилий тагаурцев и дигорских бадилят. Войдя в доверие к всемогущему графу Евдокимову, он добился назначения своего на важный пост начальника Осетинского* (В 1859 г.) /ныне Владикавказскаго/ округа, того округа, население которого само добровольно шло в лоно православия и слияния с Россией. 
    Это назначение было крупной политической ошибкой тогдашнего Кавказского начальства. Являясь, с одной стороны, начальником всех осетин с огромными правами, он, будучи фанатиком-мусульманином, приостановил распространение православной религии, а, с другой стороны, будучи членом 11 фамилий тагаурских старшин и дигорских Баделят, он работал исключительно в одном направлении – сделать в Осетии высшим сословием эти магометанские фамилии, добиться им особых прав над народом и вырвать из рук последнего земли, чтобы всем этим приостановить окончательное торжество христианства. 
    Он хотел сделать то, что по инициативе генерала Туганова было сделано Правительством, главным образом кн. Воронцовым, в Дигории /ныне 3 участок Владикавказскаго округа/. 
    Там по докладу шефа жандармов, высочайше утвержденному 24 июня 1837 г., была отдана в собственность фамилии Тугановых дача плоскостной Дигории в 20000 дес.** (Точнее, 19748 дес.)
    В 1852 г. кн. Воронцов там же наделил фамилии Кубатиевых, Каражаевых и Абисаловых участком земли в 4000 дес. такая раздача земель в Дигории бадилятам /общее название этих фамилий/ развивала аппетиты и у родственников их тагаурских старшин /алдар/ во главе с полковником М. Кундуховым. 
    К счастью для христианской Осетии в 1862 г. в г. Владикавказ*** (Крепость Владикавказ стала городом в 1860 г.) по повелению Августейшего Наместника Кавказского великого князя Михаила Николаевича была учреждена сословно поземельная комиссия с целью разбора личных и поземельных прав горцев Терской области. Эта комиссия нанесла окончательный удар притязаниям тагаурских старшин и разрушила в корне все планы всемогущего в то время генерала Кундухова. Комиссия эта признала, что тагаурские старшины никогда поземельными собственниками в плоскостной Осетии не были, что предположения комитета барона Вревского 1851 г. относительно сословных преимуществ тагаурских старшин /алдар/ совершенно неправильны. Соображения комиссии были утверждены Его Императорским Высочеством наместником Кавказским и было повелено: 1) всю плоскостную часть Тагаурии распределить в надел аульным обществам; при чем каждому аулу приурочить на общем праве пользования количество земли соразмерно числу дворов; 2) подворный надел принять в 40 десятин; 3) Алдарское сословие включить в число обывателей, получающих на двор 40 дес; 4) Алдар включить в аульные общества, предоставить им право пользования общественной землей наравне со всеми. 
    Этим важным фактом фамилии тагаурцев вошли в состав сельских обществ Владикавказскаго округа наравне с прочими осетинами, как сельские обыватели. 
    Огромную поддержку христианам-осетинам оказало назначение в 1857 г. Архимандрита Иосифа управляющим приходом Северной Осетии. Окружив себя первыми по времени священниками из природных осетин, этот ревностный пастырь по мере сил и возможности оказывал противодействие мусульманской партии с полковником Кундуховым во главе; от Архимандрита Иосифа Кундухов скрывал работы сословно-поземельной комиссии, хотя он и был ее членом. 
    Пошатнувшееся было дело христианства в 40 и 50 годах быстро стало поправляться. Главари мусульманской партии поняли тогда, что их претензии, как сословные, так и религиозные рушились. И вот в 1862 г.* (Правильно в 1865 г.) под предводительством генерал-майора Кундухова тагаурские старшины /алдары/ и Дигорские баделята, Куртатинские таубии** (Таубий – дословно означает горский князь) устремились в Турцию, поведя с собою несколько тысяч темного невежественного народа не только из Осетии, но и из Чечни. Из всех почти фамилий оказались переселенцы, причем свыше 20 офицеров русской службы изменили своему долгу и присяге и продали свою шпагу турецкому султану; кроме них, несколько десятков дворов нечиновных тагаурцев, таубиев, баделят также ушли. 
    Все осетины посмотрели на это дело как на акт измены, и в памяти народной заклейменены позором и проклятием главари этого позорного дела. Все эти фамилии пользовались милостью правительства, давшего им в продолжении многих лет ордена, чины, земли, стипендии в учебных заведениях и громкий титул "алдар" /князь/. Хороша благодарность! 
    В 1877 г. тот же самый Кундухов в звании турецкого паши принимал участие против Кавказской армии, вместе со своими изменниками-эмигрантами, рассылал среди горских племен эмиссаров, вызвал восстание /Чеченский бунт/. 
    Уход главарей магометанства в Турцию успокоил осетин и дал возможность восторжествовать делу христианства, несмотря на то, что остатки фамилий тагаурцев и баделят продолжали все-таки оказывать открытую поддержку магометанству. Казалось бы, что после восстания [18]30 г., после открытой измены России в 1862 г. лучших людей этих фамилий, эта партия никаких сословных преимуществ среди осетин добиваться не будет. 
    Но с изменой генерала Кундухова в этой партии появилось руководство чиновника особых поручений при тогдашнем начальнике Терской области всемогущем Лорис-Меликове Иналука Тхостова, юриста по образованию. Его стараниями фамилии тагаурских алдар / старшин/ и дигорских баделят в Осетии соединили свое дело с домогательством магометан – Кабардинских и Кумыцких князей и узденей на звание российского дворянства. 
    По особому частному ходатайству в 1868 г. в Своде Законов, III изд. 1896 г. в ст. 29 было добавлено "ко второму разряду канцелярских служащих принадлежат: 5) лица, принадлежащие в осетинских племенах к привилегированным сословиям: в Дигорском – баделятам, в тагаурском – алдарам и Куртатинском – таубии". Все это сплошное недоразумение: и осетинское племя – одно Тагаурия-Куртатия-Дигория – ущелия, несколько волостей и приходов; магометанские фамилии этих приходов присвоили себе эти титулы: алдар /князь/, таубий – горский князь – слово татарское, непонятное осетинам и баделятам. Эта статья помещена в законах о службе гражданской, но никто почти из поименованных осетин за 34 года не воспользовался ею для несения государственной службы, и она послужила лишь к тому, что носители титулов добились благодаря этому закону освобождения их от несения подводной и др. натуральных повинностей и получили в 1900 г. установленные для привилегированных сословий паспортные книжки в отличие от остальных осетин-христиан, с которыми живут в нескольких селениях совместно и от которых ничем не отличаются. 
    Могущественные Кумыкские и Кабардинские князья, владевшие всем краем, не проникли ни в одну статью Св. закона, а их бывшие данники, представители осетинского магометанства, добились этого, благодаря своим нескольким интеллигентным представителям, руководившим делами вышеуказанных сословных комиссией. 
    На основании Высочайшего Указа 30 декабря 1869 г. в г. Владикавказе была учреждена третья по счету* (Это была первая по счету Комиссия с таким названием) комиссия для разбора сословных прав горцев Кубанской и Терской областей. Председателем комиссии состоял Кодзоков /кабардинец/, младшим членом Безруков** (Правильно - Безоруков) /кабардинец/, в качестве же главного советника И. Тхостов, представитель интересов тагаурских алдар и баделят. 
    5-го апреля 1879 г. комиссия эта представила свой законченный труд в Совет Наместника Кавказского. Не удивительно, что в выигрыше оказалась магометанская партия, ибо в составе комиссии представителей христиан-осетин не было и духовенству осетинскому во главе с епископом Иосифом, совершенно не было известно о ходе работ. Комиссия признала, что в тагаурских ущельях и в Дигории было разделение народа на сословия, у других же осетин этого разделения не было, а так как Тагаурия и Дигория составляют по количеству населения одну четверть осетин, то странно, каким образом комиссия могла признать какие-то сословные привилегии за несколькими фамилиями, которые возвысились в нескольких деревнях Осетии, главным образом, в начале XIX века, благодаря поддержке тогдашнего начальства, мало знакомого с краем. В соседних с Осетией Грузии и Кабарде княжеские и дворянские фамилии признаются всем населением во всех местах территории, а тагаурские "алдары" и баделяты в трех четвертях осетинского народа никакого значения никогда не имели. С 1879 г., времени окончания работ комиссии, эти фамилии потеряли уже все: и земли по 69 десятин, розданные Правительством в Кубанской области, и главарей, ушедших в Турцию, а, главное, всякое уважение и значение в Осетии, к тому времени 90% их уже пребывало в положении простых, самых бедных в Осетии сельских обывателей. Все объясняется тою тайною, среди которой работала эта комиссия и происками двух-трех руководителей с высшим образованием. Теперь выясняется, каким образом собирались подписи почетных старожилов, как комиссия собирала именные печати /мухуры/, как совершались подкупы для того, чтобы известное количество удостоверило, что такое-то лицо происхождения алдарского; общенародного сбора представителей осетин для решения этого вопроса не собиралось, между тем как все важные вопросы народные решались сборами; претенденты не осмеливались открыто заявлять о своих притязаниях. 
    Что в разных сословных комиссиях депутатских собраниях для разбора сословных прав совершались крупные подлоги, подкупы, это видно из примечания 3 к ст. 360 Законов о состоянии, т. 19 ст. 360 Законов о состоянии, т. IX изд. 1899 г, где сказано: "В 1869 г. Высочайше повелено: впредь для окончания дела о подлогах, обнаруженных в актовых книгах, хранящихся в Киевском центральном архиве, приостанавливается в дворянских депутатских собраниях и Правительствующем Сенате производство тех дел о дворянстве лиц бывшей польской шляхты, к которым представлены документы, засвидетельствованные означенным архивом" По Высочайшему повелению 21 марта 1901 г. было приостановлено производство в кутаисском депутатском собрании и Правительствующем Сенате дел о признании и утверждении в княжеском и дворянском Российской империи достоинстве среди населения бывшего княжества Мингрелии. Так обнаружена была целая система подлогов, подкупов, практиковавшихся в продолжение многих лет и вводивших в заблуждение высшее Правительство. Желание даром получить известные сословные привилегии, связанные с выгодами материальными и моральными, является первой причиной в совершении подлогов и подкупов в подобного рода комиссиях. 
    Прошло с тех пор более 20 лет. Вопрос, разработанный этой комиссией, до сих пор не разрешен в законодательном порядке. В последние годы по ходатайству претендентов на привилегии дело вошло на рассмотрение Государственного Совета. Представители осетин, испытавшие на практике, как келейным образом так называемые алдары, баделяты и т.п. добиваются привилегированного положения, чуть ли не потомственного дворянства, принуждены были открыто дважды принести на Высочайшее имя всенародные просьбы: в 1888 г. в гор. Владикавказе Императору Александру III, в 1901 г. заявление, что среди осетин никаких сословий не было, что претенденты никаких прав в отличие от остальных осетин не имеют, что звание "алдар" /князь/ присвоено им кн. Воронцовым не правильно, что правами, указанными в III томе Св. Зак. о службе гражданской, ст. 29, пользовались одинаково все осетины, а потому и просили никаких привилегий сословных не присваивать этим фамилиям. 
    В настоящее время северных осетин-христиан свыше 85, магометан всего 18 т.* (Выше в документе указана другая численность осетин), из коих тысяч до 6 претенденты на особые сословные привилегии. Неудивительно, что христианская Осетия все время волнуется и всячески протестует против этих беспочвенных домогательств, врагов народной религии и народных интересов. Христиане-осетины добивались улучшения своего положения стремлением к России, верноподданнической службою и просвещением, а не об исключительных правах ходатайствами на порогах канцелярий у начальствующих лиц и в комиссиях. 
    Достаточно привести несколько фактов, которые говорят об этом. Как, то количество воинов и то участие во всех войнах XIX столетия, какое проявили одни осетины-христиане бывшего Владикавказского аула /ныне селения Ольгинское/, в совокупности не выставляли все так называемые "алдары" и "баделяты". Достаточно указать, что при покорении Западного Кавказа в 1864 г. личный конвой командующего войсками состоял из одних осетин-христиан Владикавказского аула; в последнюю турецкую войну осетины выставили на свой счет конный дивизион охотников, покрывших себя громкой славой за Дунаем, о боевой службе которого генерал Скобелев доносил: "Поведение осетинского дивизиона в эту кампанию по беспримерному самоотвержению и рыцарской храбрости выше всяческой похвалы". Сотня всадников охотниками были в ту войну в Кавказской армии. Три четверти всех добровольцев были осетины-христиане и среди трехсот всадников было всего до десяти человек из фамилий так называемых "алдар", "баделят". В 1881 г. в Текинской экспедиции личный конвой генерала Скобелева был поголовно из осетин-христиан добровольцев, то же самое можно сказать и про всю продолжительную войну с горскими имамами. Те, кто ныне ищет у нас дворянства или званий, "алдар", "таубий" и "баделят" никогда не были руководителями осетин в несении ими самого главного – верноподданнической боевой службы. 
    Из рядов христианской Осетии вышли несколько сот офицеров разного звания, разного рода оружия, которые уже сто лет с честью служат в рядах русской армии: из этих многие достигли и высоких чинов, некоторые получили и высочайшие командировки общегосударственного значения. 
    Что эти самозванцы на привилегии никогда таковой среди осетин не имели, это видно из того, что осетины-христиане всегда пользовались наравне с представителями так называемых алдар всеми правами и преимуществами, какие только Правительство наделяло в свое время осетин. Так, в числе первых детей почетных горцев, отправленных в кадетские корпуса в 40 годах, было 22 осетин-претендентов и только 6 из претендентов на привилегию во всех депутациях, приветствовавших Императоров Российский, претенденты на дворянство были всегда в значительно меньшем количестве, и верноподданнические чувства приносились от имени осетин, без разделения их на классы и звания. 
    Почетную службу в конвое Его Величества при Императоре Александре II несли в значительно большем количестве осетины-христиане, а туда ведь, по правилам, посылались представители только лучших фамилий. Стипендиями, учрежденными для детей почетных горцев в разных учебных заведениях Кавказа, пользовались все время все осетины на равных правах. 
    Что же касается до выборов в сельские старшины, то из так называемых "алдар" никогда никто почти не избирался ни народом, ни администрацией. 
    В общенародных приговорах, составлявшихся представителями целой Осетии по тем или другим вопросам народной жизни, претенденты на привилегированное положение никогда не упоминали о своих каких-то особых правах и обычаях. 
    При замещении почетных должностей по избранию народа не только не отдавалось преимущества так называемым "алдарам", но напротив, в подавляющем большинстве случаев избирались осетины-христиане. Так, знаменосцами почетного народного знамени, врученного Императором Николаем I в 1845 г., были все время не "алдары"; из семи человек этих знаменосцев один был магометанин /не алдар/ и шесть человек христиан-осетин. По учреждению в Осетии кн. Барятинским народного суда, с 1859 по 1871 гг. депутатов в суде от целой Осетии было за все время 12 человек, из коих только двое были так называемые "алдары"-магометане, остальные все христиане. 
    Так называемые "алдары" в подтверждение своих прав исключительных указывают на то, что им пожалованы земли по 69 десятин на двор в Кубанской области после того, как комиссия 1862 г. не нашла возможным наделить их по проекту кн. Воронцова в пределах Осетии. Но согласно ст. 65 Зак. о состоянии, Указы на пожалование землями принимаются в числе доказательств на дворянство в том только случае, если земли сии были дадены за службу и обратились уже в потомственное владение на дворянском праве. Ничего подобного у претендентов не было; что же касается христиан-осетин, то многие из них действительно получили по Высочайшему Пожалованию земли за службу и, следовательно, имеют больше прав добиваться даже российского дорянства. 
    Но самым лучшим доказательством того, что в Осетии не было совершенно зависимых и крепостных людей, служит то, что в 1867 г. в соседней Кабарде /Нальчикский округ/ было освобождено 21 тыс. душ крепостных, т.е. две трети жителей всей Кабарды, а в Осетии, в то же самое время, на равное почти количество населения, освобождено было зависимых людей всего 700 человек* (Освобождено более 1600 человек), большинством которых владели не алдары и которые приобретены были уже при русском владычестве до 1861 г. … Общая же масса осетин представляет из себя земледельцев, состоит жителями селений, сельскими обывателями, пользующимися всеми правами лиц свободных состояний, освобожденными от телесного наказания и имеющими сословную организацию и сельское самоуправление, заимствованное из общего положения 19 февраля 1861 г. В противоположность же всему народу претенденты на привилегии /алдары, таубии и баделяты/, не наученные бесплодностью своих долголетних ожиданий, все время только ждали улучшения своего социального положения при помощи разных радетелей, от разных комиссий, мало заботясь об улучшении своего материального быта и своего просвещения. Несмотря на массу льгот по получении стипендий в учебных заведениях и участков земли при раздаче таковых в 50–60 годах, а также прав по службе, они ничем этим не воспользовались, и 90% их представляет из себя во всех отношениях самый некультурный элемент Осетии. Достаточно указать, что большинство фамилий этих уже десятки лет не имеют ни одного интеллигентного представителя. 
    Лучшие представители осетин делом и словом боролись с темными происками всех этих претендентов на привилегию в Осетии. Имена их: уже покойных, – первого из осетин протоирея Алексея Колиева, Генерального штаба генерал-лейтенанта М. Г. Баева, ротмистра М. Газданова, полковника А. Абациева и многих других вспоминаются народом с глубокой благодарностью, как избавителей от позорного ярма на христианскую Осетию, которое хотели наложить в личных интересах клика родственников между собой магометанских фамилий, облагодетельствованных в свое время милостями императоров России** (Записка написана не ранее 1911 г.).

    Архив СОИГСИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 59. Л. 34-52.