17.06.1861. Рапорт командующего войсками Кубанской и Терской областей генерал-адъютанта графа Н. И. Евдокимова

    1861 г. июня 17. Рапорт командующего войсками Кубанской и Терской областей генерал-адъютанта графа Н. И. Евдокимова о назревшей необходимости и основаниях решения земельного вопроса у народов Кубанской области.

                                     За отсутствием главнокомандующего Командующего войсками
                                     Кавказской армией, Кубанской и Терской областей
                                     Генерал-адъютанту и кавалеру князю		генерал-адъютанта
                                     Г. Д. Орбелиани					графу Евдокимова

                                                                Рапорт

    С уходом почти всех прикубанских ногайцев и Турцию огромное пространство земли, в количестве около 400 тыс. десятин, заключающегося с одной стороны между течением Среднего и Нижнего Урупа и Кубанью, а с другой – течением Мокрого Зеленчука и также Кубанью, ныне почти никем не занимается, за исключением небольшого числа туземцев поселившихся в долине Малого Зеленчука (Малый и Мокрый Зеленчук, это синонимы - Примеч. П.К.). Эта земля по Высочайшему повелению была назначена в пользование прикубанских ногайцев, а по тому она никогда не входила в соображение о заселении ее казачьим или гражданским населением, а имелась в виду только для туземцев.
    Несмотря на плодородие и богатство во всех отношениях прикубанской полосы земли, ногайцы ее занимавшие, не сделали ни одного шага вперед для развития своего благосостояния и промышленности и м ало отличались в этом отношении от кочевых жителей. Основная причина таковой неподвижности заключалась в том, что на земле высочайше дарованной Прикубанским ногайцам не было вовсе собственников туземцев, она считалась просто в общем пользовании впредь до формального размежевания. Эта фраза, постоянно повторявшаяся при каждой просьбе прикубанских ногайцев о наделе их на прочных основаниях участками земли, в полосе пожалованной им Государем Императором.
    От этого весьма ясно проистекало следующее: владельцы, по своему происхождению и на основании исторических преданий, считавшие себя по справедливости собственниками земли в Прикубанской полосе, не хотели да и не могли устраивать и развивать своего хозяйства на участках лично им не принадлежащих. Жители аулов, усматривая частные примеры переселения туземцев, по различным соображениям с одного места на другое, не видели цели заводить прочные хозяйства, пока им не будут отмежеваны формальным образом аульные юрты с выдачей установленных планов и актов. Этот вопрос не однократно поднимаемый и не однократно откладываемый, был побудительной причиной, что ногайцы, племя наиболее преданное нам и дававшее надежных милиционеров, с такой легкостью и с такой поспешностью, оставило свою родину, чтобы искать лучшей участи в неведомой земле. Пред отправлением своим в Турцию они выражали не раз желание отложить всякую мысль о далеком путешествии, если Правительство определит с точностью их поземельное довольствие.
    В прошлом году, с уходом за границу последних партий переселенцев, остановилось дальнейшее движение ногайцев за границу. Не ушедшее население Прикубанских туземцев осталось разбросанным, не большими аулами или лучше сказать хуторами, на обширной Прикубанской равнине.
    Предместник мой генерал-лейтенант Г. И. Филипсон, сознавая необходимость устроить на прочных основаниях оставшееся население и сгруппировать его на землях назначенных для туземцев, вошел с ходатайством, не дожидаясь формального размежевания закубанских земель, приступить теперь же к наделу туземцев поземельными участками в вечное и потомственное владение, на правах помещиков, разумеется тех, которые имеют на это право своею службой, преданностью Правительству и наконец своим происхождением, которое дает им историческое право считаться собственниками в Кавказском крае.
    Оставляя вопрос о наделе всех туземцев землей в определенном количестве, он на первый раз, в виде примера, просил отмежевать участки для полковников князя Адиль-Гирея Капланова Нечева и Магомет Гирея Лоова.
    В ответ на это генерал-адъютант Д. А. Милютин 10 сентября 1860 г. № 1922 сообщил, что по существующему законоположению, для отвода поземельных участков в частную собственность следует испрашивать Высочайшее соизволение, а потому необходимо представить отчетливые планы обоих предназначаемых участков для вышесказанных туземцев, и вместе с тем просил уведомить, на каких основаниях предположено производить надел землей туземцев, т.е. сохраняют ли лица, коим предназначены участки какое-либо право на прежние земли, на коих жили доселе подвластные им аулы или же с означенным отводом участков в полную и потомственную собственность тех лиц, сии последние откажутся от всяких других притязаний.
    Решение сего вопроса проистекает из самой сущности дел. Туземцы, которые становятся чрез законный надел собственниками в крае, владеют только той землей, которая за ними укрепится формальным образом, и не могут простирать право на ту землю, где они прежде жили, можно сказать временно, в ожидании прочного устройства  своего быта. Главным условием отвода земли полагалось немедленное выселение их с занимаемых ими мест на указанные участки со всеми подвластными, и прочное устройство хозяйства на новом месте.
    Разделяя вполне взгляд предместника моего (Г.И. Филипсон - Примеч. П.К.)  и сознавая положительную необходимость, осуществить теперь же на деле прочное устройство быта туземцев издавна нам преданных и покорных, особенно в настоящее время, когда предполагается наделить поземельными участками даже всех новых выходцев из гор, я предполагаю, независимо от надела некоторых владельцев землей в вечное и потомственное владение, наделить поземельными участками всех вообще туземцев княжеского, узденского и крестьянского сословий на основаниях, ниже в этом рапорте изложенных.
    С приведением этой важной и действительной меры в исполнение, Прикубанское туземное население сгруппируется в известных местах, и за наделом оного освободится обширная полоса земли, которая уже не должна считаться землей Высочайше предназначенной исключительно в наделе Прикубанских ногайцев, а должна поступить в распоряжение Правительства для  надела других туземцев, которые выселятся из гор на плоскость. Тогда ясно выразится положение туземцев в крае, определится количество земли свободной для других назначений, справедливо вознаградится долгое терпение издавна покорных нам племен и между тем очистится правый берег Кубани от тохтамышевских ногайцев, а Кума от абазинцев, где свободно может развиваться уже казачье население.
    При наделе владельческих лиц и фамилий землей, нельзя по моему мнению руководствоваться теми правилами, какие имеются в виду при награждении землей лиц, обративших на себя внимание государственной службой; здесь должно принять во внимание не только заслуги туземцев, но владельческие права, лично им принадлежащие, как коренных землевладельцев в крае, которых они были лишены случайностями Кавказской войны. Я полагал бы наделить землей всех вообще туземцев Тохтамышевского приставства и приставства Закубанских ногайцев на следующих основаниях. При наделе [землей] всех туземцев разделить на три категории: в первую поместить владельческие фамилии, которые на основании исторических преданий, имеют по справедливости право быть собственниками в Кавказском крае, и лица, обратившие на себя внимание Правительства особыми своими заслугами.
    Во-вторую, дворяне или уздени, живущие под покровительством владельческих фамилий, и потомков княжеских фамилий, потерявших уже значение в народе.
    В-третью, простые люди, составляющие свободный класс народа и живущие на землях владельцев.
    Холопы при наделе землей в расчет не входят, потому что они должны пользоваться из участков своих господ.
    Туземцы отнесенные к первой категории наделяются землей лично в потомственное и вечное владение, большим или меньшим участком земли, с отмежеванием этих земель в натуре и с выдачей установленных актов и межевых планов.
    Лица входящие во второй разряд наделяются по фамилиям, т.е. земли отмежевываются целой фамилии по числу членов, ее составляющих, по нижеследующему расчету: на каждого старшего члена семьи лично по 100 или 200 десятин и сверх того по 30 десятин на каждую душу мужского пола семьи. Эти земли, впредь до размежевания в частную собственность между всеми членами фамилии, отмежевываются им нераздельным участком в общее пользование.
    За тем простые люди наделяются землей по 7 десятин на каждую душу мужского пола и эта земля отмежевывается им в общинное владение.
    Если простые люди водворяются на землях владельческих лиц, получивших особые участки в вечное и потомственное владение, то они должны получить землю из участков сих лиц на арендном праве; если же они поселятся в одном ауле с туземцами причисленными ко второй категории, то им в настоящее время, т.е. при переселении, прирезывается участок к той земле, которая отмежевана в общинное владение фамилиям, а в последствии и они должны получать землю от фамилии на том же основании как и от особых владельческих лиц. В случае отдельного поселения, им выделяются особые участки по аульно, подобно тому как таковые назначаются селениям государственных крестьян, но в меньшей пропорции т.е. по 7 десятин. Для устранения недоразумений я должен оговорить, что назначение 100 или 200 дес. на старших членов фамилии 2-го разряда зависит от чинов приобретенных ими на службе и от большего или меньшего права фамилии на поземельную собственность.
    Имея в виду необходимость скорейшего устройства Прикубанских туземцев, на левой стороне Кубани, в особенности в настоящее время, когда нужно отдать земли Тохтамышевских ногайцев, на правой стороне этой реки, в пользование новых станиц Усть-Джегутинской и Николаевской, я теперь же и распорядился о водворении туземцев на земле Высочайше им дарованной в тех участках, которые предназначаются им в надел и при этом объявил им, что о формальном наделении их поземельными участками, я буду испрашивать разрешения Вашего Сиятельства. Поэтому предмету я не замедлю войти с подробным представлением, с указанием: какие участки предназначаются поступить в вечное и потомственное владение и кому именно.
    Независимо от этого общего представления о наделе всех туземцев, я считаю долгом особо возобновить ходатайство предместника моего о немедленном отмежевании поземельных участков полковникам князю Адиль-Гирею Капланову Нечеву и Магомет-Гирею Лоову, как лицам, обратившим на себя особое внимание начальства. Но при этом справедливость обязывает меня включить в особое представление еще следующих лиц, которые по своей службе, известной преданности Правительству и своему происхождению, имеют на то неотъемлемое право, а именно: состоящего ныне при Военном министерстве Полковника Султан-Адиль Гирея и наследников братьев его покойных, флигель адъютанта полковника Хан-Гирея и полковника Сагат-Гирея.
    Всем этим лицам я полагал бы отмежевать в вечное и потомственное владение следующее количество земли на левой стороне р. Кубани.
    1. Полковнику Султан Адиль-Гирею – 5 тыс. десятин.
    2. Наследникам полковника Сагат-Гирея, подпоручику Султан Хан-Гирею, Азамат-Гирею и Магомет-Гирею, два последних состоят в Собственном конвое Его Величества – 5 тыс. десятин.
    3. Наследнику покойного флигель адъютанта Хан-Гирея, чиновнику 14 класса при азиатском департаменте Султану Мурат-Гирею – 3 тыс. десятин.
    Все эти 13 тыс. десятин, отмежевать одним участком в общее их пользование, впредь до частного между ними размежевания.
    4. Полковнику князю Адиль-Гирею Капланову Нечеву – 5 тыс. десятин.
    5. Полковнику князю Магомет-Гирею Лоову – 5 тыс. десятин.
    Донося о вышеизложенном Вашему Сиятельству и представляя при сем подробные планы участков, предназначенные в надел вышесказанным лицам, с означением границ оных, пройденных в натуре, – имею честь покорнейше просить ходатайства вашего о Высочайшем соизволении на отмежевание этих участков в вечное и потомственное владение тем, кому они предназначены. Это будут первые помещики из туземцев в Кубанской области.

    Генерал-адъютант граф Евдокимов
    Исправляющий должность начальника штаба Полковник
    № 4165  17 июня 1861.
    г. Ставрополь

    ЦГА КБР. Ф. Р – 1209. Оп. 7. Д. 26. Л. 18– 35.