ПРОШЕНИЕ ПОРУЧИКА ДУДАРОВА 31 МАЯ 1849 ГОДА

    ПРОШЕНИЕ ПОРУЧИКА ДУДАРОВА 31 МАЯ 1849 ГОДА

    В Комиссию, учрежденную для разбирательства прошений Туземцев Владикавказскаго военнаго округа 

    РАПОРТ
    На предписание оной Комиссии от 19 мая за № 61-м при котором препроводила ко мне по просьбе моей копии с двух прошений поданных на меня жителями деревни моей и на брата моего от поверенных Осетинскаго общества фарсалаков. Имею честь при сем представить в оную Комиссию к опровержению содержаний сказанных прошений следующее объяснение. 
    Издревле и до прихода еще русских в пределы наши фамилия Дударовых имела собственностию землю в горах от Дарьяла до Бабаты коха и на равнине между реками Тереком и Архонкою. Никто из тагаурцев или фарсалак не имел на этом пространстве ни малейшей части земли, почему покойный отец мой подпоручик Инал Дударов как и все другие члены его фамилии не переселяясь в настоящее место жительства пользовался от подвластных ему жителей которые были фарсалаки и кавдасарды податями за занимаемую ими собственность принадлежащую часть земли на выше сказанных местах, в последствии когда земля между Архонкою и Тереком по предложению начальства была уступлена Дударовыми в казну добровольно и непринужденно то взамен оной получили ныне занимаемые земли почему 1810-м году покойный отец мой подпоручик Инал Дударов первый переселился сюда со всеми подвластными жившими на его земле фарсалаками, позволил селиться у себя в деревне и другим на тех же правах и обязанностях как и старожилы, при нем и при других домах фамилии Дударовых. Повинности или подати эти состояли в следующем: с каждаго двора всякий хозяин в год один раз в свое время должен был приносить один рубль серебром, одного барана, воз сена один день пахоты, когда же поспеют хлеба то опять должны убрать его с каждаго двора в покосное время по одному косарю должны были собраться и все вместе от утра до вечера косить сена. По смерти отца братья мои пользовались сказанными податями как и все Дударовы подобно нам имевшие деревни. Если случалось бывало как нибудь из подвластных наших фарсалаков не исполнив в свое время выше сказанные обязанности свои, по малолетству моему и братьев моих строго бывал наказан начальством, как например в бытность за коменданта во Владикавказе генерал-майора Аранскаго в     1833-м году вся деревня как и теперь не хотела было давать следующие мне и братьям подати, почему призвав к себе всех жителей генерал Аранский приказал стариков а именно: Бота Жанжиева, Обрек Салбиева, Хад Албегова, Муса Кадиева, Аго Балеева, Гажи Албегова из которых некоторые и до сих пор еще живы взять на гауптвахту, где они содержались около пяти месяцев пока не согласились и дали подписку что на будущее время не будут делать подобных ослушаний, всех прочих же приказал команде казаков наказать плетьми, что и было исполнено. Зная это все хорошо я удивляюсь каким образом претендатели на меня и брата моего осмелились прошении своем говорить и обманывать Его Превосходительство начальника округа бутто они лет 30-ти или более живут на земле им принадлежащей и не обязаны были в продолжении этого времени отцу и братьям моим никакими податями. Ложность сего доказывает следующий вопрос. Есть ли у них какия нибудь доказательства, что живя с отцом моим и братьями как в горах так и на плоскости имели с ним общую землю и не платили им подати и другие повинности мною упомянутые выше. Я же сам выставляю свидетелями их самих, в том что они не имели с отцом моим и братьями моими общей земли, платили им подати собственно за то только что занимали землю их почему ныне и я имею полное право пользоваться ими как единственным наследством. Если бы они так были безсовестны, что осмеливались бы не подтверждать справедливость моих показаний, то я найду гораздо лучших свидетелей из их же фарсалакскаго и кавдасарскаго общества и даже родственников их. Впрочем оно не безъизвестно всякому Осетину хорошему и худому, большому и малому Владикавказскаго Округа, далее претендатели говорят в своем прошении, что переселявшиеся из деревни моей в аул Эльхот, Заманкул /Кусовых/ и Батако-Юртовский, забирали с собою свое строение, следовательно и они могут учинить тоже самое, ныне переселяясь из деревни моей в другие. Это тоже несправедливо, потому что когда из деревни моей переселялись в три сказанные деревни, тогда мы совершенно были малолетны и не способны к ограждению прав своих на эти собственности да и что я мог из дымных саклев их делать, тогда как не мог сберечь доставшегося мне от отца дома стоившаго более 2000 рублей серебром русскими плотниками построенный, который от недосмотра по малолетству моему обрушился, вот почему некоторые из Заманкульских и Эльхотовских переселенцев успели увести или лучше сказать похитить нашу принадлежность, а не потому что имели право взять их с собой. Здесь считаю не излишним сказать что, основатель Заманкуловскаго аула был подпоручик Берд Кусов, которому пожаловано место это как достойнейшему человеку оказавшему Правительству немалые заслуги, происходившему от такой фамилии подобной которой между Фарсалакским обществам имеется как известно еще другая таковая Козровых, которые также имеют деревню свою и землю место же где ныне Эльхот было пристанищем хищников пробиравшихся на Военно-Грузинскую дорогу. Правительство выдало необходимость заселить оное охотниками и даже принуждало противу воли многих поселяться там. Если имеются такие порожние земли какова была Эльхот до заселения его, а между жителями деревни моей принятые отцом и братьями моими из разных мест и равновременно самыми высшей степени бедными с условием, пока будут жить на земле их чтобы платили подати вышесказанные, ныне под разными ложными и нелепыми предлогами уклоняющими от должных повинностей и даже без всякаго стыда называющими собственную землю мою своим, есть таких достойных людей по происхождению отличием и заслугами многократно оказанным Правительству, каков был подпоручик Берд Кусов, то я разве могу препятствовать к отведению им порожней земли или просимой ежели более не хотят жить со мною, так как до сего времени жили. В том же прошении говорят они, что по принесению Русскому Правительству покорности они выселились из гор и поселились на плоскости в числе 67 дворов и 30 лет и более тому назад, я же говорю что эта такая хвостовская выдумка, какую могут говорить одни только безстыдники, потому что они не составляли никогда никакого общества и  даже нет трех дворов чтобы в одно время из одного места к отцу, братьям или ко мне пришли а напротив как я выше сказал из разных мест и разновременно собрались они ко мне, а большая же часть их так недавно пришла ко мне, что я даже не знаю других вовсе почему и не могли быть ни вредным и не полезным. Старожилы же с отцом моим и братьями как лучшие фамилии между Фарсалаками будучи уверенные что земля принадлежит мне до дня выселения их продолжали платить мне подати в числе которых были Кусовы и Козровы, несмотря на то что они первенствующие между всеми фамилиями Фарсалаков. Нет примера, чтобы Кусовы и Козровы платили кому нибудь из Тагаурских алдаров подати, как в горах так и на равнине кроме отца моего и братьям, мне самому и другим Дударовым, а знаю много примеров, что не только что Фарсалаки и Кавдасарды, но и ныне Тагаурскими алдарами называющиеся многие, живя у меня или у других Дударовых в деревне платили подати наравне с фарсалаками и кавдасарами, не угодно ли будет Комиссии спросить отчего это делает и неясно ли доказывает, что предки мои не имели ни сколько общей земли, не имею и я ее. Претендатели на меня говорят, что они выселились из гор и поселились на плоскости, не говорят с чьего разрешения, кому плоскость принадлежала, при каком начальнике и за что наконец им дана эта плоскость тогда как она вовсе не дается бродягам. Они жалуются что я распространяю над ними власть свою, требую чтобы они в виде небывалой подати производили мне работы соответсвенные только людям подвластным, ежели таковое притеснение со стороны моей справедливо; и в том найдут они хотя малейшее доказательство которое бы подтверждало что я требую от них более чем они платили отцу и братьям моим, то подвергаюсь строгому законному наказанию в противном случае прошу Правительство наказать их самих как явных обманщиков и самозванцев вполне заслуживающих по справедливости гнева начальнического и приказать им впредь мне повиноваться, а так же взыскать или заставить выплатить оставшиеся за ними подати с 1839 года. В пользу мою во уважение, что я и братья мои из которых корнет Пшимахо Дударов служивши в Кавказском казачьем полку во время усмирения русским отрядом под командой генерала Заса убит темиргоевцами в 1840 году, находясь на безпрерывной службе в отдаленности от деревни и под¬власт-ных жителей не могли пользоваться неотъемлемыми собственностями своими. 
    В прошении своем, поданном на меня я вижу претензию их, бутто бы удержание строение Бидаровых из деревни моей переселившихся на Ардон не соответсвенно с общими правами, ибо самое звание их Фарсалак показывает, что их должно разуметь за вольных и независимых людей, но могут ли быть от меня не зависимы тогда как живут на моей земле, занимаются скотоводством, хлебопашеством и сенокошением за которую долж¬ны мне платить. До оставления им землю мою удовлетворения меня податями и другими повинностями оставшимися за ними за прошлое время т.е. с 1839 по настоящий год они не имеют никакое право считать себя независимыми и неподвластными моими, после же совершенно свободны от меня. В чем я во всякое время согласен дать им подписку с засвидетельствованием окружнаго начальника г. генерал-майора и кавалера Ильинскаго. Строения же Бидаровых как принято и всегда переселявшихся за переселеним их на другое место по обычаям народным и правам Дударовых на земли должны остаться в пользу мою, как преображения на земле моей. Достаточно же Бидарову естли он почти нищий поселился у меня в деревне, пользовался землею моею долгое время свободно и выходить наконец в хорошем состоянии к тому же не одного Бидарова строения остались в пользу владельцев земель и деревень, на пример из моей деревни прежде его выселились абрек Дубаев, Генарс Дубаев, Нарсау Казыров, Джизаловы, Котыловы, Дзиовы, Забормос, Исса Ингушев, Цалик Берсеянов, Кабисовы, Сакуевы, Талыновы и прочие, но ни один из них не забирали свое строение а все они остались в пользу братьев моих или мою пользуясь временем моего малолетства, когда случилось переселением части подвластных мне жителей в деревни Заманкул и Эльхот; они забываются что все дома из фамилии Дударовых имеющие и имевшие подобно мне деревни имеют одинаковые права над фарсалаками жившими и живущими в их деревнях, что переселившиеся из деревни гвардии штабс-ротмистра Кази-Магомета Дударова родного брата отца моего, поручика Габиса Дударова, все деревни детей штабс-капитана Таусултана Дударова, переселяясь в аул Какадурский и часть деревни майора Муса Кундухова переселяясь в Батако-Юртовский аул оставили свое строение в одно время с переселенцами из деревни моей. Если кто нибудь из фарсалаков сказанных деревень перевес с собою строение, то жители моей деревни могут сделать оное, в противном случае я покорнейше прошу Правительство на будущее время не принимать подобных несправедливых просьб их за основательные и заслуживающие внимания начальства. Неизлишним считаю сообщить Комиссии что Бидаровы зная что строение их принадлежит мне и пользуясь отсутствием моим /я был в Тифлисе/ ночью украткою увезли две сакли за которые, если не возвратить их назад то будут удержаны хлеба их оставшиеся до сего еще у меня в деревне, несмотря на все несправедливыя жалобы их на меня они угрожают еще неприятными последствиями, т.е. что они употребят силу свою противу нас к забранию строений Бидаровых. Я не сомневаюсь в том, что Правительство не позволит поднять оружие противу меня за мою собственность и не оставит их без наказания за таковые намерения, но если бы случилось что они с оружием то и тогда не взяли бы этих строений, они ссылаются на подпоручика Беслана Тулатова, показывают его свидетелем в том что Тагаурским алдарам не оставалось строение фарсалак из деревни переселявшихся, говорят что у Беслана Тулатова в деревне было более ста домов таковых и при переселении на другое место у них ничего не отнято. Это справедливо, я сам мог им быть свидетелем, что жители того аула перевезли свои строения. Но почему дозволено было перевезти оное, а не остались в пользу Беслана Тулатова, того еще неизвестно. Но, что касается до подвластных мне и фамилии нашей осетин, переселившихся в другие деревни, то если Беслан Тулатов утвердит присягою, что доныне фамилии Дударовых не оставлялось строений фарсалак и кавдасардов, и не платили подати, то добровольно отдаюсь на суд, как нарушитель общественных прав. В поданном на брата моего прошении прапорщиками Бада Кадиевым, Цуки Козровым, Хамурза Альбеговым и Касай Кусовым, осмелившимся говорить, будто бы до ныне не было примера, чтобы когда нибудь кто из фарсалак и кавдасардов оставлял ими строение алдару. До прав над фарсалаками каждаго из Тагаурских алдар я не имею никакого дела, а что касается до меня и фамилии нашей, то в том, что из деревень наших, как фарсалаки, равно кавдасарды, перселяясь в другое место, не имели право перевозить свое строение, которыя оставались в пользу нашу, в том не трудно будет удостовериться присяжным показанием самих притендателей прапорщиков Кадиева, Альбегова, Козрова и Кусова, которых и считаю лучшими свидетелями к опровержению их же претензии на брата моего, ибо все они выселились из принадлежащих фамилии Дударовых земель, почему и небезизвестно им на каких правах они и вообще все фарсалаки живут у нас в деревнях. 
    Поручик Дударов
    № 18
    Мая 31-го дня 1849 года
    Кр. Владикавказ

    ЦГА РСО-Алания. Ф. 233. Оп. 1. Д. 5. Л. 21-27 об.